Владимир Киселев. Судьба человека. Помиловка.

Владимир Киселёв

Я жил так же, как и все. В 1963-м году мне исполнилось восемнадцать лет. С ребятами мы приходили на танцплощадки подраться перед девчонками. В этом было какое-то благородство. Все это увлекло меня, я думал, что являюсь хозяином жизни, но участковый имел другое мнение.

Однажды мы пересеклись с ним, и я получил свои первые восемь лет. Тогда это была страшная статья 191 прим. «За насилие над властью». Мы побили и поставили на колени участкового.

Так впервые в восемнадцать лет я оказался в местах лишения свободы, сразу получил усиленный режим. Застал там людей, которые досиживали «четвертаки», их называли «четверташниками».

Вы можете не поверить, это были люди благородные. Вообще-то воровская идея сама по себе благородна. Я не выгораживаю ее, а говорю о том, что сам переживал. Не зная Библию, эти люди пытаются жить почти так, как говорил Иисус: утешить вдову, накормить сироту, отдать десятину. На зоне презирают тех, кто украл кошелек у бабушки, разбил кому-то лицо, я уже не говорю про насильников. В преступном мире десятина – это священно, она называется «общак». Каждый должен положить десятую часть даже от выигрыша.

Свидетельство Сергея Ковальчука

Я вел беспорядочную, никчемную жизнь, которая причиняла страдания и горечь не только мне. Моя мама в поисках выхода стала обращаться везде, куда только можно было обратиться. Но наркоманов и алкоголиков этот мир вылечить не может. Она сходила в православный храм, где ей дали много литературы, которую она принесла ко мне домой. Так она учила меня молиться Богу. Она жила далеко от меня, за две тысячи километров, но приехала и стала жить у меня. Я ее выгонял, а она мне говорила: «Сынок, где мне найти такую щетку, чтобы почистить твою душу?» Я никогда раньше от нее таких слов не слышал, и эти ее слова даже как-то смиряли меня. Через некоторое время она уехала к себе домой, оставив литературу и христианский календарь, который повесила на стену. Шло время, телевизор я уже давно не смотрел и решил поискать, что у меня есть почитать. Но кроме того, что принесла мама, всяких православных книг о спасении, я ничего не нашел. Поэтому стал читать эти книги. Прочитал и об Иисусе Христе. Понял, что Его распяли, хотя Он вроде ничего плохого не сделал. 

Шло время, от осознания неправильной жизни легче не становилось, душевная боль усиливалась, правда я уже начал молиться, как мог, как понимал, своими словами, но при этом оставался в греховном рабстве. Я уже дошел до того, что начал умирать от алкогольного истощения. Реально понял, что умираю, хотя мне было только 28 лет, и физических болезней не имел. Я устал так жить и хотел, чтобы поскорее все это закончилось, поэтому попросил в молитве, встав на колени: «Господи, забери меня к Себе, я больше так не могу!» В то время я не понимал, что если бы моя жизнь прервалась в тот момент, я попал бы не к Господу на небо, а в ад. 

Что подарил мне Бог

 Не скажу, что я всю жизнь была ярой атеисткой... Просто все, что связано с Богом, меня не волновало. Когда возникали трудности, полагалась на свои силы, помощи не просила. Но однажды я столкнулась с проблемой, которую сама решить не смогла.

Удар

Мой сын Павел ничем не отличался от обычных детей. С рождения у него не было никаких проблем со здоровьем, обычный ребенок. Поэтому то, что случилось с Пашей в двухлетнем возрасте, для нас с мужем стало полной неожиданностью. Однажды он сидел на детском велосипеде... а потом упал с него - не встает. Я решила, что он притворяется. Но оказалось, что Паша лежит без сознания. Вызвали "скорую помощь"... То, что произошло с Павлом, было симптомами эпилепсии. Его положили в больницу. Паше делали уколы, а мы с мужем по очереди дежурили возле его постели, держа рядом с головой лед, чтобы мозг сына не перегревался. Оказалось, что приступы были реакцией на малейшее повышение температуры тела. Через месяц приступ повторился... За этот месяц я перечитала в медицинских справочниках все, что касалось эпилепсии: симптомы, методы лечения, оказание первой помощи. Правда, когда начинался очередной приступ, все мои знания вылетали из головы. Конечно, мы с мужем не только читали книжки. Мы искали хороших врачей и в итоге решили свозить Пашу на обследование в детский неврологический центр в Санкт-Петербург. Обследовав ребенка и не поставив конкретного диагноза, врачи все же настаивали на комплексном лечении противоэпилептическими препаратами.

Тогда мы обратились в консультативное отделение НИИ имени Бехтерева, который специализируется на исследовании мозга. Но и там профессор  сказал нам: - Я более двадцати лет занимаюсь исследованием детской эпилепсии. Скажу вам откровенно, как если бы Павел был моим ребенком: шансов на то, что болезнь пройдет сама собой, нет. Надо как можно раньше начинать лечение противоэпилептическими препаратами...

Плачьте о детях ваших…

    Когда родился сын, Наталья Куликова была очень счастлива. Денис рос послушным и умным мальчиком. Он хорошо учился в школе и очень любил читать. Денис: «В библиотеке были книжки против наркомании. Я их все перечитал».

    В шестнадцать лет знакомые предложили Денису наркотик. Денис не отказался, ему уже давно хотелось попробовать то, о чем так много писалось в книгах. 

  Денис: «Я помню, что когда меня кололи, я в тот момент думал, что сейчас попробую – зачем люди друг друга убивают ради этого, готовы жизни лишиться. Но когда я пережил этот «приход», то подумал – вот, ради этого стоит жить».

    Отныне вся жизнь Дениса была подчинена наркотику. Никто из родных об этом не знал, пока однажды сестра, услышав крики  в комнате Дениса, не решила посмотреть, что там происходит. 

  Сестра Дениса: «Я испугалась – что там происходит? Подошла к двери и увидела, что Андрей колет Дениса».

  Когда Наталья вернулась домой, дочь ей всё рассказала. «Я поняла, что она сказала, что это связано с наркотиками. Я не могла осознать, что мой сын – наркоман. Я думала, что у меня еще маленький ребенок. Что стоит только взять ремень, отлупить его и все пройдет и ничего этого больше не будет». Но очень скоро Наталья убедилась в том, что такая проблема ремнем не решается. Не помогли ни скандалы, ни угрозы, ни уговоры. «Я поняла, что мой сын – наркоман, и я вряд ли смогу его спасти».

Господи, я хочу жить!

Свидетельство обращения.

   "Господи, я хочу жить!"- Это была не просьба, это был вопль моей души, моего сердца, до конца тогда еще не осознающая милости и любви Бога! 

    Когда Господь мне предложил выбрать жизнь или смерть, я выбрал жизнь. У меня был именно такой выбор - между жизнью и смертью. Даже больше касалось смерти, потому что Господь нашел меня в камере смертников за совершенные преступления перед государством и перед людьми. Я был приговорен к высшей мере наказания. Вот такого меня нашел Господь. Мне предоставлялось право выбора, когда мне зачитали приговор, а также во время следствия, во время последнего слова, но как-то я не делал именно такой выбор. Я шел по той дороге, которую выбрал много лет назад. Я шел по греховной дороге. Уже когда я находился в камере смертников, Господь коснулся моей души через брата верующего, который сидел этажом выше. Он сидел на спецкоридоре за веру. Когда я обратил на него внимание, я сидел уже восемь месяцев в ожидании исполнения или изменения приговора.